Добротолюбие. Том 2

С. Коринфский. «Добротолюбие. Том II» 121. Наука наук и искусство искусств есть уменье управляться с злотворными помы- слами. Самое лучшее против них средство и искусство – смотреть с помощию Господа за появлением прилога их и мысль свою всегда хранить чистою, как храним око телесное, им же самим остро-зорко усматривая могущее случайно повредить его и всячески стараясь не допускать до него даже порошинки. 122. Как снег не породит пламени, вода не родит огня, терн – смокв: так сердце каждого человека не освободится от бесовских помыслов, слов и дел, если не очистит своего вну- треннего, не сочетает трезвения с молитвою Иисусовою, не стяжет смирения и душевного безмолвия, и не будет со всем усердием тещи, поспешая в предняя. Душа, себе не внемлю- щая, неизбежно бывает бесплодна на благие и совершенные помышления, подобно бесплод- ному мулу; потому что и в ней нет разумения духовной мудрости. Воистину призывание имени Иисусова и упразднение страстных помыслов есть сладостное дело, водворяющее мир душевный. 123. Когда душа зле входит с телом в соглашение, тогда они обе вместе созидают град тщеславия и столп гордости, и для обитания в нем (плодят) нечистые помыслы. Но Господь страхом геенны расстроивает согласие их и разделяет их, понуждая госпожу душу мудрство- вать и говорить чуждое и противное телу (рабе). От сего страха и разделение между ними происходит: зане мудрование плотское вражда на Бога: закону бо Божию не покаряется (Рим. 8, 7). 124. Каждодневные дела наши надобно ежечасно взвешивать, внимая им, а вечером необходимо облегчать бремя их покаянием, сколько сил есть, если желаем, с помощию Хри- стовою, препобедить в себе зло. Надобно также смотреть, по Богу ли, пред лицом ли Бога и для Единого ли Бога совершаем мы все свои чувственные и видимые дела, чтобы по нера- зумию не быть окраденными при сем какими-либо недобрыми чувствами. 125. Если мы с Божиею помощию каждый день приобретаем что-нибудь чрез наше трезвение, то не следует нам без разбора вступать в сношения с другими, чтобы не понести ущерба от каких-либо соблазнительных бесед; но паче надобно презирать все суетное кра- соты и благотворности ради этой добродетели (трезвения), прелюбезной и пресладкой. 126. Трем силам души мы должны давать движение правильное, сообразное с их есте- ством и согласное с намерением создавшего их – Бога. Именно: силу раздражительную надобно подвигать против внешнего нашего человека и против змия – сатаны. Гневайтеся, сказано, и не согрешайте (Пс. 4, 5). Это значит гневайтеся на грех, т. е. на самих себя и на диавола, чтобы не согрешить против Бога. Силу желательную надо устремлять к Богу и добродетели, а мысленную поставим госпожою над обеими ими, чтобы с мудростию и благоразумием упорядочивала их, вразумляла, наказывала и начальствовала над ними, как царь начальствует над подданными. И тогда сущий в нас разум по Богу будет управлять ими (т. е. когда будет господствовать над ними, а не им покараться). Хотя страсти и восстают на разум, но мы не перестанем повелевать, чтобы разум правил ими. Ибо брат Господень гово- рит: аще кто в слове не согрешает, сей совершен муж, силен обуздати и все тело (Иак. 3, 2). Истинно говоря, всякое беззаконие и грех сими тремя силами делаются, и всякая добро- детель и правда этими же тремя силами совершаются. 127. Ум омрачается и становится бесплодным, когда монах или поговорит с кем о мир- ских вещах, или мысленно сам в себе поразглагольствует о них, или когда у него тело с умом суетно займутся чем-либо чувственным, или когда он вообще предается суетности (и суе- тливости). Ибо в таком случае тотчас непосредственно за тем теряет он теплоту (сокруше- ние, дерзновение к Богу) и ведение (забывает о Боге и порядках Божиих): так что поколику внимаем мы умом, потолику просвещаемся, и поколику не внимаем, – омрачаемся. 128. Кто повседневно стремится к миру и безмолвию ума и усердно ищет его, тот легко презрит все чувственное, дабы не напрасно трудиться. Если же он какими-либо ложными 92