Добротолюбие. Том 1

С. Коринфский. «Добротолюбие. Том I» обновляемый по образу Создавшаго его (Кол. 3, 10–11), в коем по причине бесстрастия несть мужеский пол, ни женск, а по причине единства веры и любви несть Еллин и Иудей, обреза- ние и необрезание, варвар и Скиф, раб и свободь, но всяческая и во всех Христос (Гал. 3, 28). 64. Нечистые помыслы, закосневая в нас по причине страстей, низводят ум во всегу- бительство и пагубу. Ибо как помысл о хлебе закосневает в алчущем по причине алчбы, и помысл о воде в жаждущем по причине жажды: так и помысл о деньгах и других стяжаниях закосневает по причине любоимания, и срамные помыслы по причине страсти похотной. Таким же образом объясняется и закосневание наше на помыслах тщеславия и других каких. Невозможно, чтоб ум, погружаемый и утопающий в таких помыслах, предстал пред Бога и украсился венцом правды. Этими помыслами расхищен был треокаянный оный ум, кото- рый, по притче евангельской, отказался от вечери боговедения. Равным образом и тот, свя- занный по рукам и ногам и вверженный во тьму кромшную, из этих помыслов имел соткан- ную одежду, которую Звавший признал недостойною такой брачной вечери. Брачное одеяние есть бесстрастие разумной души, отвергшейся мирских похотей. Какая же причина того, что помышления о чувственных вещах, закосневая, растлевают ведение, об этом сказано будет в главах о молитве. 65. Демонскому помыслу противостоят три помысла, отсекая его, когда он закоснеет в уме: ангельский, наш, исходящий от нашего произволения, когда оно устремляется к луч- шему, и другой наш, подаемый человеческим естеством, коим движимые и язычники любят, например, детей своих и почитают родителей своих. Доброму же помыслу противостоят только два помысла: демонский, и наш, исходящий из нашего произволения, уклонившегося к худшему. Ибо от естества не исходит никакой худой помысл; так как изначала мы не были злы, потому что Господь сеял доброе семя на селе Своем. Было время, когда не было зла, и будет время, когда его не будет. Семена добродетелей неизгладимы. Удостоверяет меня в этом тот евангельский богач, который и осужден будучи во ад, милосердовал о братиях своих, а милосердие есть наилучшее семя добродетели. 66. Некоторые из нечистых демонов всегда приседят подле читающих и всячески ухитряются отвлекать ум их и нужды. Часто, взяв повод от самих Божественных Писаний, они наводят их на худые помыслы; бывает, что они против обыкновения заставляют зевать или наводят тяжкий сон, много отличный от обыкновенного. Это испытал я сам на себе; но не понимал хорошо причины, хотя часто подвергался тому. От святого же Макария слышал, что и зевота безвременная, и сон от демонов; в доказательство чего он приводит обычай при зевоте полагать крестное знамение на уста, по древнему незапамятному преданию. Все это мы терпим от них потому, что при чтении не храним трезвенного внимания, и не помним, что читаем святые словеса Бога Живого. 67. Бывают у демонов передачи и преемства, когда кто из них изнеможет в брани, не успевши привести в движение любимой своей страсти. Сделавши над этим наблюдение, я нашел следующее: когда какой-нибудь страсти помыслы долгое время редко приходят к нам, а потом она вдруг нечаянно придет в движение и начнет жечь, тогда как мы никакого не подавали к тому повода каким-либо нерадением; тогда ведайте, что за нас взялся злейший прежнего демон, и заняв место отбывшего, исполнил своим злом. Видя это, ум да прибегает к Господу, и восприяв шлем спасения, облекшись в броню правды, извлекши меч духовный, подняв щит веры (Еф. 6, 14–17) и воззревши на небо со слезами, да глаголет: Господи Иисусе Христе, сила спасения моего (Пс. 139, 8). Приклони ко мне ухо Твое, ускори изъяти мя: буди ми в Бога Защитителя и в дом прибежища, еже спасти мя (Пс. 30, 3). Особенно же поще- ниями и бдениями пусть сделает блестящим меч свой. После этого хоть и простраждет он еще несколько времени, боримый и осыпаемый разжженными стрелами лукавого, все же наконец и этот демон мало-помалу сделается таким же, каков был предшественник его, и стихнет, пока не прибудет еще иной злейший для замещения его. 292