Скудельные сосуды: Практика личной молитвы по учению святых отцов

* Но как бы ни была угодна Богу «молитва со слезами» (15), она, однако, никогда не должна становиться самоцелью! Во всяком аскетическом делании человека, поскольку это именно его делание, присутствует роковая тенденция к самодостаточности. Средство неожиданно становится целью. Если ты изливаешь потоки слез в молитве своей, нисколько не превозносись этим, считая себя выше многих. Ибо молитва твоя приняла помощь /свыше/, дабы ты мог ревностно исповедать грехи свои и слезами умилостивить Владыку. Поэтому не превращай в страсть защиту от страстей, дабы не прогневать Даровавшего тебе благодать (16). Кто теряет из виду то, ради чего проливаются слезы, т.е. «крайне горькое покаяние» (17), подвергается опасности, «впав в безумие, отвратиться /от пути истинного/» (18). С другой стороны, никто не должен воображать себя столь «продвинувшимся», чтобы считать, что он уже не нуждается в слезах. Когда кажется тебе, что если ты молишься, то не нуждаешься в плаче о грехах, /сразу/ обращай внимание на то, сколь далек ты от Бога, хотя обязан всегда пребывать в Нем, — тогда прольешь более горячие слезы (19). Это увещевание — плод трезвой оценки человека, каков он есть — относится и ко всей «практике» в целом. Евагрий, например, так увещевает своего «гностика», то есть созерцателя, «что стал достойным познания»: Святой Павел, смиряя свое тело, поработил его (20). И ты в жизни своей не пренебрегай постом и не надмевайся тем, что бесстрастием усмирил дебелое тело /свое/ (21). Даже если человек достиг цели «деятельной жизни», то есть мирного состояния души, то и тогда слезы не исчезают вовсе! Однако на этом уровне они становятся выражением смирения, и служат гарантией подлинности этого мирного состояния души в отличие от многообразных форм «набегов бесов» (22). И потому отцы считали слезы непосредствен- 88