Тоска, уныние, депрессия

как проявление простого благоразумия. П о­ тому что собственную душу не всегда можно увидеть достаточно ясно. П о этой причине Антоний Великий, предоставленный самому себе, нуждался в посещении Ангела, который указал ему выход из бедственного положения. Тогда как подлинный лик уныния чаще все­ го внушает отвращение и страх, другая его осо­ бенность состоит в том, что иногда оно пред­ стает в обличии добродетели. Ну кому приятно проводить время в обществе унывающего? Предавшийся унынию выставляет в предлог посещение больных, удовлетворяет же собственному своему намерению. Монах в унынии скор на служение и удовлетворение себе самому вменяет в заповедь1. Душевная неустойчивость ведет к неутомимой активности, внешне принимающей окраску христианской любви. Опасность такого само­ обмана состоит в том, что плотно заполненное расписание дня позволяет хоть как-то отвлечь­ ся от собственной внутренней опустошен­ ности. Такая активность тем разрушительнее, что прикрывается самыми возвышенными чувствами и от этого становится неуязвимой. Чем дольше она длится, тем более разруши­ 1 De Octo Spiritibus Malitiae 13. Цит. по кн.: Творения преподобного отца нашего Нила Синайского. М., 2000. С. 129. 102