Добротолюбие. Том 2

С. Коринфский. «Добротолюбие. Том II» 235. Бродящий монах не неуязвим, если не будет трезвиться; а пребывающий на том месте, как призван, скорее найдет покой. 236. Приятна тебе праздность, но горек конец ее; изнемогаешь работая, но возвесе- лишься впоследствии. 237. Монах ленивый и самолюбивый (саможалетельный), как скоро увидел работу, прячется, а за ужином ставит себя в числе первых. 238. Памятование о смерти и наказаниях есть меч против беса уныния. 239. Из тяжких тяжкое иго – уныние, особенно, если имеет оно споборницею неверие; ибо плоды его исполнены смертоносного яда. 240. Оставил ты, монах, келлию, и ходишь по миру. Ужели не боишься беззакония и пререкания во граде (Пс. 54, 10)? 241. Кто ленивее того жаждущего, который сидит близ источника и не протянет рук, чтоб, взяв воду, утолить жажду? – И кто нерадивее человека, который владеет книгою, и нерадит о чтении. 242. Потрудись с тем, кому желательно выучиться грамоте, чтобы, читая о чудных делах Божиих, благословлял он чудное Имя; и Бог будет твоим мздовоздаятелем. 243. На монаха в унынии нападает нерадение; а когда есть у него терпение, нападает высокоумие; но кто действительно любит Господа, тот отклоняет то и другое. 244. Ленивый монах во многом потерпит утрату, а трезвенный не пренебрежет ни одним часом. 245. Не люби переходить с места на место; но лучше терпением извлекай пользу из неудобств, встречаемых на месте твоего жительства. Скажи мне, после того, как мы с тобою обойдем целый мир, не келлия ли ожидает нас, если захотим спастись? А если и в общежитии оставаться нет у нас терпения, и в уединении не находим себе безмолвия, то где же, наконец, будет нам приют? Это походит на то, как если сказать: «и теплоты солнечной переносить не могу, и тень для меня несносна». Боюсь, чтобы не укрыла нас наконец оная пещь. 246. Будем тверды сердцем; потому что слабость сердца противна добродетели. Не станем малодушествовать, если случится с нами небольшое уныние, но будем сами себя приневоливать, подобно доброму путнику. Путник, когда случится ему ослабеть на пути, не отказывается от цели дальнейшего путешествия, но утешает себя словами: «еще немного, и дойдешь до ночлега, и отдохнешь». – И Господь, видя, как мы принуждаем себя, подаст нам силу и облегчит затруднения. 247. Для пропитания себя будем работать в уповании на Бога. Не скорби о труде; мно- гие, ничего не делая, тяготились самою беззаботностию. Учись работать, чтоб не учиться просить милостыню. Не будь небрежен к работе. Господь близ (Флп. 4, 6). 248. Не будем унывать, сидя в келлии, припоминая себе, что святые мученики, после многих истязаний, заключаемы были в железные узы. Посему не будем бегать неудобств келлии, не станем скучать за работою, помня, что многие из святых ради Господа посылаемы были в рудокопни. Если б жили мы в те времена, то ужели бы изменили жизни своей по причине мучений? Ужели бы, по причине крайне тесных обстоятельств, отреклись от веры своей? 249. Держись того места, на котором живешь, сопротивляясь лености. Ибо не переме- ною и не расстоянием места, но только внимательностию ума можешь укротить страсти. Нам нужно терпение, чтоб, волю Божию сотворше, сподобиться обетований (Евр. 10, 36). Пре- дающийся унынию далек от терпения, как больной от здоровья. Добродетель познается не в унынии, но в терпении. Терпение же обновляется и укрепляется, когда ум занят созерцанием и божественным поучением. Сим утучняемый ум приобретает силы, как тело от питания здоровыми снедями. Если же ум отступит от сей благодати и от сего достоинства, то дей- ствительно сделается бедным и немощным. Поэтому, свергнув с себя пристрастие к веще- 210