Добротолюбие. Том 3

С. Коринфский. «Добротолюбие. Том III» ность (веруемого) и достолюбезность (любимого), и путь к тому творить собою научающая. Любовь есть исполнение их, как вся все последнее желательное объемлющая и упокоение в нем подающая, вместо веры в то, что есть, и надежды того, что будет, вводя собою (и в себе) обладание сим, как настоящим, и вкушение того, как присущего [3, 26]. 92) Есть три зла, величайшие и злоначальные, и всякого, сказать просто, зла породи- тели: неведение, самолюбие и ненависть, друг с другом родственно сочетанные и взаимно друг друга поддерживающие. Ибо от неведения Бога – самолюбие, а от этого – ненависть в отношении к соестественному. И никто не противоречит тому, что лукавый производит и возбуждает их в нас, научая нас злоупотреблять своими силами – разумом, вожделением и энергиею [3, 31]. 93) Надлежит разумом, вместо неведения, к Богу возноситься чрез познание Его взыс- канием – вожделением, очистив его от страсти самолюбия, только к Богу устремляться всем желанием – энергиею, отрешив ее от ненависти, усидиваться улучить Единого Бога и создать в себе Божественную и блаженную любовь, с Богом соединяющую и Богом являющую Бого- любца, – любовь, которая из них (т. е. Боговедения и Богожелания) и ради которой они [3, 32]. 94) Когда отвергнем самолюбие, – это, как я сказал, начало и матерь всех зол, тогда вместе с ним отторгнется и все, что из него: ибо когда его не будет, тогда никакой вид или след зла не может уже никак устоять в нас [3, 33]. 95) Надлежит нам так себя самих и друг друга чтить и любить, как Сам Христос первый Своим примером показал, благоволив пострадать за нас [3, 34]. 96) Действо и доказательство совершенной любви к Богу есть искреннее и благожела- тельное расположение к ближнему. Ибо не любяй брата, егоже виде, Бога, Егоже невиде, как может любити, говорит божественный Иоанн (1 Ин. 4, 20)? [3,36]. 97) Вот дверь, коею входящий вступает во Святая Святых и сподобляется быть достой- ным зрителем неприступной красоты Святой и Царственной Троицы [3, 38]. 98) Невозможно содружится с Богом нам, бунтующим против Него страстями и охотно платящим дань греха злому тирану и губителю душ, диаволу, если прежде не восстанем решительною войною против этого лукавого. Ибо дотоле мы состоим врагами и противо- борцами Богу, несмотря на то, что прилагаем к себе имя верных, пока самоохотно рабствуем страстям бесчестия. И никакой нам не будет пользы от мира мирского, когда душа наша худа по своему настроению, восстает против своего Творца и не хочет быть под Его царскою вла- стию; между тем, как продает себя бесчисленным злым господам, ввергающим ее в грехи и льстиво научающим вместо спасительного пути избирать паче путь, ведущий в пагубу [3, 41]. 99) Бог на то создал нас, чтоб мы соделовались общниками божеского естества (2 Пет. 1, 4) и причастниками Его присносущности и подобными Ему являлись (1 Ин. 3, 2) по благо- датному обожению, ради коего все сущее устроено и пребывает, и не сущее еще приводится в бытие и порождается [3, 42]. 100) Если хотим именоваться и быть Божиими, то восприимем подвиг – не предавать страстям Слова, подобно Иуде, или не отрекаться от Него, подобно Петру. Отречение же от Слова есть отказывание делать добро из-за какого-либо страха, а предательство есть пред- намеренное согрешение делом и самоохотный порыв к согрешению [3, 43]. 101) Самолюбие и плотское мудрование людей, отторгши их друг от друга и криво истолковав закон, рассекло единое естество (едино-естественных) на многие части, и введши в силу ныне всех обдержащее жестокосердие, таким настроением вооружило при- роду саму против себя (т. е. людей друг против друга). Почему всяк, кто здравым смыслом и благородным мудрованием успеет уничтожить такое настроение природы, самому себе пре- жде других оказывает милость, настроив сердце свое, как следует по природе, и к Богу по такому настроению естественно приближась и показав на себе, что значит быть по образу, и 136