Добротолюбие. Том 4

С. Коринфский. «Добротолюбие. Том IV» себя иметь к исходу по причине безвестности часа смертного. Ибо ведаете, что и названный пред сим отец наш, вдруг схваченный сильными болями и палящею огневицею, в следую- щий день стал безгласен, а на третий предал дух свой Господу. Но и прежде его Афанасий, знаменитый игумен Павло-Петрский, и одного дня не пролежал в болезни, но почти тотчас восхищен был из среды людей. Слышим, что иные, бывая поражаемы молниею, умирают; другие в море утопают; и словом, много есть нечаянных случайностей, по причине коих вни- мать себе и бояться должно, как бы диавол, обманывая нас день ото дня забвением смерти, вдруг не привел нас к последнему часу в крайнем изумлении, по коему мы неспособны будем сделать что-либо по делу покаяния. – Не страшат же ли нас приведенные примеры? Не при- водит ли нас в трепет, когда помышляем о том, что в час тот связанный язык и гласа издать не может? и о том, как изыдет душа, отторженная от тела, когда много, может быть, будет при- сутствующих и плачущих, но никого помогающего, кроме благой совести? Почему, прошу и молю, позаботимся всегда пребывать в исповедании, в слезах, в молитвах, в послушании, в смиренномудрии, в усиленном послушании и во всяком добром делании, чтоб в час послед- ний, быв застигнуты им в нерадении и беспечности, и мы не уснули в смерть вечную, об избавлении от чего молится святой Давид (Пс. 12, 4). 3) Но, может быть, иной скажет: желать желаю, но не могу. – Что за речь? – Если дело идет о том, что выходит из естественного порядка, и я согласен, что нельзя, например, нам летать по воздуху, ходить по морю, также нельзя говорить носом, а обонять языком; все такое невозможно и не естественно. Если же дело идет о том, что естественно и зависит от произволения, то такое слово ложно; ибо мы как можем рассеянно держать себя и сме- яться, так можем быть степенными и проливать слезы; как можем осквернять себя греш- ными пожеланиями и сплетениями неуместных помыслов, так можем хранить себя непороч- ными и чистыми от страстей; и как можем ожесточаться и упорствовать во зле, так можем умиляться и сокрушаться. Пусть злая похоть, обратившись в нас в навык, сделала нас бес- сильными на добро и сильными на зло; однако ж не следует отчаяваться, – да не будет, – но опять охотно браться за дело и всячески стараться ни одного не только дня, но и часа, не проводить беспечно, а всегда трезвиться и бодрствовать, быть непорочными и чистыми и к Богу прилепленными, так чтоб и нам можно было говорить: прильпе душа моя по Тебе: мене же прият десница Твоя (Пс. 62, 9); и таким образом, добре прошедши здешнее пребывание, переселиться отсюда с благою надеждою и там получить Царство Небесное. 244. 1) Возвратившись с похорон святителя Халкидонского Иоанна, хвалит братий, что нашел их в обычном добром порядке, и желает, чтоб они всегда были таковыми. – 2) Потом обличает неразумность некиих слышанных им толков. Первый толк: святитель был святой и по вере и по жизни, как же он умер так? (от поноса). второй толк, будто мы по воскресении не будем узнавать друг друга: ибо эти тела истлевают и разносятся не знать куда. – 3) в конце прилагается увещание: хранить веру: ибо видите, сколько уклонений бывает, – равно как и жить свято: ибо ведаете, какими и коликими ветрами веет на нас враг. [4, 22] 1) Ненадолго отлучившись от вас в предыдущие дни и теперь опять возвратившись, я нашел вас мирствующими между собою и в добром находящимися настроении и возблагода- рил Господа за благочиние ваше, – которое свойственно искусным и утвержденным в добре послушникам, в коем еще и еще утверждайтесь благодатию Господа нашего Иисуса Хри- ста, чтобы, как в смиренном присутствии моем, так и в отсутствии, всегда сохраняться вам здравыми и неповрежденными. Причиною отлучения моего была, как знаете, смерть бла- женного митрополита Халкидонского Иоанна, который, добрым подвигом подвизавшись, 231