Скудельные сосуды: Практика личной молитвы по учению святых отцов

и восток посвящены поклонению Богу. Эта мысль пришла к нам от Псевдо-Иустина (59). Затем следует история спасения в узком смысле или скорее праистория эдемского сада на востоке и поселения Адама после его изгнания — на «западе», «напротив рая». В Ветхом Завете восток как предпочитаемая страна света встречается затем много раз и в самых различных случаях. Иоанн Дамаскин упоминает о расположении Ковчега Завета, о расселении колен Израилевых и о храме Соломона. Отсюда, впрочем, можно легко придти к пониманию символики построения христианского храма. И потому как простое следствие этого и Новый Завет, как исполнение и завершение Ветхого, приобрел символическое значение «Востока». Иоанн Дамаскин упоминает Распятие, Вознесение и Второе Пришествие Христово; но прикровенные указания на то мы уже имеем с самого Рождества: Христос как «восход солнца», обещанный пророками, и здесь вспоминается звезда «на востоке», которую видели волхвы (вспомним пророческие обетования о «звезде от Иакова» (60)), которая указывала на рождение Мессии (61). Неписаная апостольская традиция поклонения Богу с обращением на восток имеет различные, дополняющие друг друга основания, которые Иоанн Дамаскин приводит одно за другим на протяжении всей главы. Поскольку все то, что прекрасно, должно быть посвящено Богу, Источнику всего прекрасного и благого, то и восток, что несомненно принадлежит к прекрасному, должен быть оставлен для поклонения Богу. Этот «космический» аргумент мог бы сформулировать и нехристианин, поскольку еще в дохристианскую и внебиблейскую эпоху восток приобрел, как мы увидим чуть ниже, особое значение. Однако только человеку Библии, и в особенности христианину, в силу полученной им — по сравнению с иудеем — полноты откровения, история спасения раскрывает всю богословскую глубину этой «ориентации на восток». Повернувшись к востоку, 57