Тоска, уныние, депрессия

столь оптимистично прозвучит утверждение, что бес был бы окончательно постыжен, видя наше сострадание к тем, кому он в данную ми­ нуту причиняет зло. Современного человека уже не так легко убедить в этом. О демоне же, который делает душу бесчувственною, должно ли что и говорить? ибо боюсь писать о нем и о том, как душа выходит из собственного своего состояния, потому что во время пришествия этого демона она отлагает и страх Божий, и благоговение, греха не вменяет в грех, беззакония не почитает беззаконием, о мучении же и Суде вечном помнит как о пустых речениях и «посмеивается» над сим «огненосным подлинно трясением»1, и хотя исповедует Бога, но, что повелено Им, того не ведает. Уцаряешь ты в перси, когда душа стремится ко греху, — и она не чувствует этого; говоришь ей от Писаний — и она в совершенном ослеплении и не слышит; представляешь ей укоризну людей — и она ни во что вменяет людской стыд и вовсе не понимает его, наподобие свиньи, смежившей глаза и пробивающейся сквозь ограду. Н о сего демона, от которого, «аще не быша прекратилися дние оны, не бы убо спаслася всяка плоть»2, наводят на нас закосневшие в нас помыслы тщеславия3. 1 Иов 41,20 (LXX). 2 Мф 24, 22: «Если бы не сократились те дни, то не спаслась бы никакая плоть». 3 Mai. cog. 11. Цит. по кн.: Творения преподобного отца нашего Нила Синайского. М., 2000. С. 169-170. 124