Толкование на подвижнические слова Аввы Исайи

Если возникнет необходимость спать в одной комнате с другим, то лучше тебе совсем не спать, чем накрываться с ним одним одеялом. Пусть спит ближний. А если ты спишь на своей постели, а он на своей, то, прежде чем уснуть, в сердце своем произнеси множество молитв, так чтобы заснуть не с чувством близости другого человека, но погрузившись в молитву, имея собеседником и сожителем себе Христа, а не человека, потому что монаху грешно засыпать с человеком, а не с Богом. Видите, авва Исаия нисколько не старается устранить другого человека, изменить его, прогнать или исправить. Единственное, что он делает, — это предлагает тебе быть внимательным к тому, что делаешь ты сам, что говоришь, как себя ведешь. Если ты утомился в дороге и желаешь немного натереться елеем ради утомления от пути, натри только ноги, стыдясь открывать их, а тела не позволяй себе натереть елеем, кроме случаев нужды или болезни. В древности был обычай при сильной усталости помазываться маслом, потому что масло так же, как и вино, дает бодрость организму человека. Теперь мы так не делаем. Тем не менее и мы употребляем ароматические масла. Здесь авва Исаия побуждает нас не искать отдохновения. В любом случае, если твоя усталость столь сильна, что ты нуждаешься в отдыхе, то помажь елеем только ноги, причем наедине, не обнажай их перед другими. Тела своего совершенно не касайся. Видите, авва предотвращает нравственную опасность, проистекающую из отношений между людьми, а также и опасность душевную, которой мы подвергаемся из-за любви к покою. Если, в то время как ты сидишь в своей келье, придет к тебе брат-странник, сделай и ты для него то же — натри ноги его и скажи ему: «Сотвори любовь, возьми немного елея и помажь себя». Но если он не захочет принять этого для своего успокоения, не утруждай его. Если же это старец-делатель, понудь его, пока не намастит всего себя. Сам себе не давай никакого отдыха. Но если придет в твою келью странник, то помажь ему ноги, чтобы снять усталость, то есть сделай прямо противоположное тому, что делаешь для себя. Скажи ему: «Прошу тебя, окажи мне любовь, возьми немного масла и помажь свое тело, чтобы тебе отдохнуть». Если ты увидишь, что твоему гостю не приносит успокоения то, что ты ему предлагаешь, не настаивай. Какое благородство! Критерий всего — успокоение ближнего и деликатность. Но если это будет старец, а особенно из тех монахов, которые скитаются — бедные! — повсюду, обливаясь потом, и нигде не находят себе покоя, то понудь его, пока он не помажет все тело, потому что это для него необходимо. Видите опять, как авва заботится о том, чтобы и любовь оказать, и безопасность сохранить. Он не говорит: «Помажь ему тело», но «понудь его» взять маслица, чтобы он сам себя помазал, когда ты выйдешь. Когда сидишь за трапезой с братьями, которых ты моложе, не говори умом: «Ешь», но вспомни о грехах своих, чтобы не есть с услаждением; и руку свою протягивай только к тому, что перед тобой, а к тому, что стоит перед другими, не протягивай руки. Когда ешь с другими, протягивай руку только к тому, что стоит перед тобой, а к тому, что поодаль, не тянись. Если мы поступаем иначе, то становимся посмешищем в глазах других людей, показываем свою невоспитанность, дурную наследственность. Мы даем повод людям плохо думать о наших родителях. Мы покрываем позором и стыдом наших предков, себя самих и даже нашу духовную семью. Кроме того, не говори мысленно: «Сейчася поем!» — потому что ты тут же ощутишь услаждение, пищеварительные органы начнут выделять соответствующие соки, заработает весь твой психосоматический состав, весь организм изменится, и ты почувствуешь услаждение в гортани, в желудке, в голове и сердце и из духовного вмиг станешь перстным. Чтобы помочь себе, вспоминай о своих грехах: Вспомни о грехах своих, чтобы не есть с услаждением. Пусть твоя одежда покрывает ноги, а колени будут соединены одно с другим. Одежда должна покрывать ноги. Неприлично, когда они видны, не только потому, что с этической точки зрения это выглядит вызывающе — это еще не так страшно, — но и потому, что это обнаруживает приземленность человека, отсутствие у него такта, низменность его души. Когда садишься, колени следует сомкнуть, а тело держать ровно, никто не должен найти в тебе ни единого изъяна. Если что-либо подобное заметят в твоем внешнем виде, то этого одного будет достаточно, чтобы понять все, что делается у тебя в душе. Если сидящие за трапезой — странники, дай им необходимое с радушием во взоре; а когда перестанут есть, скажи им дважды или трижды: «Сотворите любовь, поешьте еще немного».