Libruary

Добротолюбие. Том 1

Кусок 312 из 319
С. Коринфский. «Добротолюбие. Том I» не ведает и не разумеет, а только бесстыдно внушает одно стяжание чувственного золота и предсказывает имеющие быть от того наслаждение и славу. А человеческий помысл ни стяжания не ищет, ни о том не любопытствует, чего символом служит золото, но вносит в мысль один простой образ золота, без страсти и любостяжания. Подобное же рассуждение придется изречь и о других предметах, если станет кто сокровенно упражнять ум свой по сему образцу. 8. Есть помысл, который прилично назвать скитальцем. Он предстает братиям боль- шею частию под утро и водит ум из города в город, из веси в весь, из дома в дом; причем он сначала ведет простые беседы; а потом, заговорившись с некоторыми знаемыми наидол- жайше, растлевает свое состояние соответственно качествам тех, с которыми встретился, удаляется мало-помалу от сознания Бога и добродетели и забывает о своем звании и обете. Итак, отшельнику надо смотреть за этим бесом, наблюдая, откуда он приходит и где при- стает, потому что не даром и не как случилось делает он такой большой круг, но делает это с намерением расстроить состояние отшельника, чтоб ум, распалившись всем этим и опья- нев от многих бесед, тотчас подпал демону блуда, или гнева, или печали, которые наибо- лее повреждают светлость устроения его. Но мы, если имеем намерение узнать яснее козни этого беса, не будем вдруг противоречить ему и не станем открывать тотчас (отцам), как он мысленно строит в нас беседы и каким способом мало-помалу загоняет он ум в область смерти, потому что от этого он тотчас убежит, не терпя, чтоб видели, как он делает все это; и мы таким образом ничего не узнаем из того, что узнать возжелали. Но лучше попустим ему на другой или на третий день до конца доводить свою драму, чтоб узнав до точности его хитрые извороты, потом обращать его в бегство одним обличительным словом. Но поелику во время искушения случается уму быть возмущену и не видеть точно происходящего в нас, то по удалении беса вот что надобно сделать: сядь и сам с собою припомни, что с тобою происходило, откуда ты начал и где ходил, в каком месте схвачен ты духом блуда, или печали, или гнева, и как потом было все прочее, что было: изучи все это и предай памяти, чтоб когда еще придет, уметь обличить его; заметь и самое место, скрываемое им, и не пойдешь уже более вслед его. После сего, если захочешь привести его в бешенство, обличи его тотчас, как только предстанет, и словом назови первое место, в которое вошел ты (мысленно в первом искусительном блуждании), потом второе и третье; потому что он сильно раздражается, не терпя посрамления. Доказательством же того, что благовременно (полезно) держать к нему такую речь, да будет для тебя бегство помысла от тебя; ибо ему невозможно стоять при таком явном обличении. За побеждением же сего демона последуют тягчайший сон, омертвение веждей с великим охлаждением, непомерная зевота и отягощение плеч, что все по усердной молитве рассеивает Дух Святый. 9. Ненависть к демонам много содействует нам ко спасению и много пригодна в дела- нии добродетелей; и однако же воспитывать ее у себя, как некое доброе порождение, мы не в силах, потому что ее рассеивают в нас духи сластолюбия и душу опять воззывают к содру- жеству и свыкновению с ними. Но Врач душ сие содружество, лучше же неудобоисцелимую гангрену, врачует оставлением, попуская нам ночью и днем терпеть от них что-либо страш- ное. Вследствие этого душа опять восходит к первообразной (нормальной) ненависти к ним, научаемая говорить к Господу словами Давида: совершенною ненавистию возненавидех я: во враги быша ми (Пс. 138, 22). Ибо тот совершенною ненавистию ненавидит врагов, кто ни делом, ни мыслию не согрешает, – что есть знак наивеличайшего и первого (какое было в Адаме) бесстрастия. 10. О демоне же, делающем душу бесчувственною, должно ли и говорить что? Я по крайней мере боюсь писать о нем. Как это душа выступает из собственного устроения своего в то время, как он находит, и страх Божий и всякое благоговеинство отлагает, грех не ставит в грех и беззаконие не считает беззаконием, о Страшном Суде и вечной муке вспоминает, как 313