Объядение, лакомство, чревоугодие: Учение отцов-пустынников о еде и посте

несущие в себе соблазн непослушания, угро­ жают этой фундаментальной открытости. Таким образом, борьба идет как за сохране­ ние правильного отношения человека к Богу, так и за неприкосновенность самой человече­ ской личности. О третьем аспекте — отноше­ нии к ближнему, которое также оказывается в глубине своей нарушенным, — мы погово­ рим в дальнейшем. Только такого рода мотивы дают возмож­ ность оправдать пост или бдение как сред­ ства вспомоществования в духовной жизни. Эти средства полностью определяются главной целью — достичь той открытости пред Лицом Божиим, которую Евагрий чаще всего назы­ вает молитвой. Нам не было поведено постоянно работать, бодрствовать и поститься, но было заповедано непрестанно молиться1. Подвижник, достигший совершенства, то есть уже не сотрясаемый натиском стра­ стей и сам словно ставший одной всецелой «молитвой», не нуждается больше и в воз­ держании2 — оно уже как бы срастворено с его естеством, вошло в его плоть и кровь3. 1 М он а х. 4 9 (Т в о р е н и я ... С . 104). С р.: 1 Ф ес 5, 17. 2 Т ам ж е. 68 (Т в о р е н и я ... С . 107). 3 Т ам ж е. 7 0 (Т ам ж е). 131