Тоска, уныние, депрессия

скорее, наоборот. Если бы они охотно не раз­ говаривали с людьми, у нас не было бы и мно­ гочисленных собраний их изречений. Даже отшельнику не возбранялось принимать дру­ зей, с которыми он един в своих мыслях1. Па­ губными считались «духовная нескромность» и склонность к празднословию, когда монах уже был не в состоянии молчать ни о благода­ ти, полученной от Бога, ни о вражьих кознях2. Возбранялось также нездоровое панибратство (parrhesia), «обманчивая свобода в обращении», которая подобно знойному южному ветру вы­ жигает подлинную дружбу и всякое доверие. Можно было бы многое еще сказать здесь 0 дружбе монахов, и прежде всего в среде пу­ стынников, которые чаще всего были не таки­ ми уж неотесанными, как иногда может по­ казаться. Евагрий посвящает этой «духовной дружбе» (дружбе во Христе и через Христа, Который Сам становится этой Дружбой) са­ мые волнующие строки в своих Схолиях на Притчи3. Его письма — лучшее свидетель­ ство той деликатности, с которой он умел дру­ жить; эта дружба основывалась не столько на «удобопревратных», легко подверженных злу, 1 Rerum monachalium rationes 7. 2 Epistula 16, 5. 3 См. краткую заметку P. G6hin. fivagre le Pontique. Scholies aux Proverbes. Paris, 1987. P. 53-54 (Sources chr6tiennes; 340). Эта тема заслуживает специального изучения. 128