Тоска, уныние, депрессия

мира1. Этому внешнему противопоставляется духовное познание, и ему одному открыта са­ мая сущность вещей. О но доступно лишь чи­ стым «созерцателям»2, то есть «чистому уму», свободному от всяких страстей, который и ста­ новится сарах D ei3. Затем Евагрий уточняет: Из нечистых демонов одни искушают человека как че­ ловека, а другие приводят человека в смятение как жи­ вотное бессловесное. И первые, нападая на нас, влага­ ют в нас мысли тщеславия, или гордости, или зависти, или осуждения, которые не касаются ни одного из бессловесных, а другие, приближаясь к нам, возбужда­ ют сверхъестественное раздражение или вожделение, потому что страсти сии общи нам и бессловесным животным, скрываясь в нас под природою разумною4. ... Имеяй уши слышати да слышит5. Из третьего фрагмента становится окончатель­ но ясным, что именно Евагрий понимает под «составной», сложной природой уныния: 1 Kephalaia Gnostika I, 32. 2 Kephalaia Gnostika I, 32; IV, 90. 3 Этим латинским выражением обозначается способность человека к богопознанию, поскольку человек носит в себе божественное начало, то есть «способен вместить Бога». — Примеч. пер. Kephalaia Gnostika III, 24; cf. II, 3. 4 В том, что касается первых, Евагрий приводит Пс 81, 6 сл. и Пс 31, 9 — относительно последних. 5 Мф 11,15; Mai. cog. 21. Цит. по кн.: Творения преподобного отца нашего Нила Синайского. М., 2000. С. 175. 75