Толкование на подвижнические слова Аввы Исайи

Поскольку монах принадлежит Церкви, вполне естественно, что он постоянно живет с людьми, а следовательно, пребывает в общении, даже если он безмолвник. Ближний — это самое осязаемое и реальное явление в его жизни. Пустынники Востока, начиная с преподобного Антония Великого и затем святителя Василия Великого и всех прочих отцов, положивших начало жительству келиотов, по крайней мере по воскресеньям и праздникам, а равно и в других подходящих случаях старались собираться в так называемые кириаконы, для того чтобы поддерживать постоянное общение друг с другом. Кроме того, они часто посещали друг друга, чтобы услышать слово спасения, в особенности от старейших. Прочитанный нами отрывок относится к подобным случаям в маленьком общежитии аввы Исаии: или к общей трапезе и богослужению, или другим собраниям, которые проходили у них в кириаконе. Заговорить на трапезе можно только в случае крайней необходимости. Например, если у тебя нет соли, нет особой необходимости ее просить. Поесть можно и без соли. Нет хлеба? Ничего, мир не рухнул. Поешь хлеб на другой день. Но когда действительно возникает какая-то необходимость, тогда можно заговорить. То же и в собраниях. Собранием называется богослужение, общая служба. Обычно, если кто-то начинал говорить во время нее, его принуждали развязать пояс (уже у преподобного Пахомия было такое правило в его общежитиях). Завязанный пояс символизирует умерщвление монаха, точнее, молчание, мертвость монаха о Господе и готовность принять Господа. Потому монахи и спали всегда в поясах и клали рядом с собой свои посохи. Если же кто-то нарушал молчание, то в наказание с него снимали пояс. Тем самым ему как бы говорили: «Если ты нарушил молчание, то это означает, что ты не ожидаешь Бога, а потому сними с себя пояс». Снятие с монаха пояса означало, что словами и разговорами он нарушил связь с Богом, потерял готовность и ожидание встречи с Богом. Итак, с него снимали пояс и приводили к алтарю, где он при всех каялся и обещал более не разговаривать. Визите, какую роль играют разговоры в духовной жизни человека? Но, к сожалению, тот, кто разговаривает, как правило, внутренне находит этому оправдание: будто его заставляет говорить сострадание, любовь, интерес к человеку. На самом деле все это просто-напросто оправдания, которые подрезают нам крылья, потому что Божий закон выше всякой причины. Причина всего — это Сам Бог. Перед Ним не может устоять ничто, как свет ни одной звезды не может устоять перед сиянием солнца. Очень часто нас заставляет заговорить с другими желание их исправить, тогда как мы не должны даже наблюдать за их жизнью. Авва Исаия здесь побуждает нас к тому, чтобы мы не исправляли другого человека, потому что, наблюдая за ближним, мы по большей части находим в нем недостатки. Человек может оказаться грешным, ленивым, неверующим, развращенным, может не захотеть ничего услышать — и тогда нас охватывает Божественная ревность, мы хотим ему помочь. Мы вспоминаем все евангельские изречения о спасении братьев и забываем сказанное о нашем собственном спасении. С того момента, как мы попытались исправить ближнего, мы потеряли свой мир, в особенности если мы захотели исправить поющего или читающего на богослужении, то есть того, кто имеет отношение к уставу и церковному пению. Всегда были разные мнения касательно устава и пения: одни люди свободолюбивы, другие консервативны, поэтому оставь их в покое, говорит авва Исаия, пусть делают как хотят, даже если они все испортят, тебя не должно это интересовать. Если они спросят о твоем мнении, не высказывая своего, тогда выскажи его. Но если они выскажут свою точку зрения, твоя миссия окончена. По одной неделе служите в поварне со страхом божиим, не оставляя своего поучения. Очевидно, в монастырях и скитах той местности, где жил авва Исаия, были седмичные служители, то есть послушания у монахов менялись каждую неделю. Святитель Василий Великий ввел систему постоянных послушаний, которая в конце концов и закрепилась. На соединении двух этих традиций основан святогорский устав, по которому послушания у братии меняются каждый год. Тем не менее, считается, что лучше каждому оставаться на одном и том же послушании всю свою жизнь, чтобы иметь время хорошо изучить его, в совершенстве освоить, улучшить дело и тем самым внести положительный вклад в развитие монастыря. Когда послушание у человека меняется, пусть даже раз в год или раз в два-три года, то у него нет чувства постоянства и он не заботится о своем послушании, потому что не знает, чего захочет следующий за ним монах. Так что лучше, чтобы послушание было постоянным, что в особенности подчеркивает святитель Василий Великий.