Введение в аскетику

«Дело Крещения в нас есть вид и образ, ибо оно начертывает вид и напечатлевает образ на душах наших, являя их сообразными смерти и воскресению Спасителя… Мы образуемся и запечатлеваемся, и жизнь наша, не имеющая образа и определённого вида, получает и вид, и предел» (Николай Кавасила, св. Семь слов о жизни во Христе. Слово 2). «С согрешающими Он несообразен и несоединим с ними….Священную вечерю… настолько надлежит почитать совершеннейшею, насколько большее требуется приготовление от желающих приступить к ней… Сие нужно знать, что Христос насыщая нас споборствует нам, споборник же подаёт руку не лежащим и не больным, а исполненным силы и дерзновения… В вечери Христос не очистилище только и споборник, но и награда, которую нужно получить подвизавшимся» (Николай Кавасила, св. Семь слов о жизни во Христе. Слово 4). «Мёртвым нельзя служить живому Богу, а соделаться живыми и освободиться от мёртвых дел не иначе можно, как всегда вкушая сию Вечерю» (Николай Кавасила, св. Семь слов о жизни во Христе. Слово 4). Задание 1. Найдите в предлагаемом для чтения тексте ответы на следующие вопросы: 1. Представители какой ереси отрицали необходимость таинств для жизни во Христе, сводя эту жизнь к одной аскезе? 2. С какой силою человеческой природы связано, прежде всего, таинство покаяния? 3. Что в человеке не требует больших трудов для своего очищения, согласно свт. Григорию Паламе? 4. Что такое очищение сердца? 5. Можно ли сказать, что процесс очищения сердца составляет основной объём аскетической жизни человека? 6. К чему подготавливает человека его душевный труд? 7. Что является основанием и корнем жертвы человека Богу? 8. В чём состоит начало жертвы человека Богу? 9. Как (в какой последовательности) происходит вовлечение сил человека в его жертву Богу? 10. С какими таинствами и каким образом связан этот процесс? 11. Что такое «выход за пределы собственной природы» человека? 12. Связана ли мера евхаристического Причастия Телу Христову с мерою самопожертвования и аскетических трудов человека? 13. Вся ли аскеза человека или лишь какая-то её часть является условием евхаристического соединения человека со Христом? 14. Каким образом Причастие Святых Тайн подаёт причастнику новые силы и возможности для аскезы? 15. Можно ли сказать, что путь аскезы и таинств есть единый путь укоренения человека во Христе? Обоснуйте свой ответ. Задание 2. Напишите небольшое эссе на тему: «Моя маленькая жертва Богу». Введение в аскетикуПриложение: Митрополит Амфилохий (Радович). Литургия и подвижничество[94] Тайна хлеба жизни – это тайна Христа и Его вечного присутствия, и нашего кровного общения с Ним. ‹…› Каждое слово, каждая молитва, каждое движение и действие священника и молящихся и дар, который приносится – все это напоминает о Христе и Его присутствии. Это «воспоминание» – не просто память о прошлом и не символическое театрализованное представление о чем-то, что произошло когда-то в прошлом. Речь идет о реальной встрече и реальном общении с вечно Присутствующим; и о встрече и соединении в Нем с Богом, с братом, с природой. На литургии Бог открывается и предается человеку, и человек предается Богу; принесенные Дары – выражение и отражение этого взаимного дара, свидетельство их любви. Так литургия открывает нам триединую тайну жизни: тайну Бога, тайну человека и тайну природы, их истинные, здоровые отношения. Впрочем, в этом заключены смысл и сила не только литургии, но и всего православного богослужения. Богослужение – это отклик человека на Божий призыв. Его сущность, которая открывается в этом призыве и отклике – именно в этом глубоком ощущении реального присутствия Бога в человеке и человека в Боге. Это ощущение – сама живая память Церкви, память, в которой Божественное домостроительство силой Духа Святого – вечно присутствующая реальность, воплощенная и явленная во Святом Причастии. ‹…› Все созданное пронизано Его логосными энергиями, и весь мир – икона Его таинственного присутствия, возводящая к Первообразу. Слово Его Святое, воплощенное Духом Святым, открывает Его чудесный Лик в нас. Действительно, вся природа, все творения в ней – начертанное Слово Божие, и каждый человеческий лик – тварная икона нетварного Первообраза, знак и свидетель Его присутствия. ‹…› Демоническое действие страсти, а страсть – это неправильное греховное отношение к себе и твари, приводит к отчуждению от Первообраза и за этим к помрачению образа. Тогда мир и человек перестают быть иконой, а становятся идолом, глухой китайской стеной между Богом и человеком, между людьми. В идоле, как и в иконе, присутствует вся существующая реальность, но уже безликая и мучительная, потому что после отчуждения и забвения разрушены первозданные личные отношения, потеряно живое созерцание лика Божия, человеческого лица и лица природы. Все тонет в мрачной утробе забвения, все враждует, чтобы в конце концов исчезнуть в безликом и безличном единстве. ‹…›