Объядение, лакомство, чревоугодие: Учение отцов-пустынников о еде и посте

общеукрепляющим средством и дава­ лось только тем, кто действительно в этом нуждался. Кстати сказать, то же самое отно­ сится и к меду, который использовался в аналогичном качестве вплоть до эпохи Средневековья (и даже с ее началом). При всей строгости воздержания отноше­ ние отцов-пустынников к еде отличалось под­ линно евангельской свободой, без всякого ригоризма и подчинения жесткой системе правил. Ведь Царство Небесное не в пище и питье. Пища для чрева, и чрево для пищи; но Бог уничтожит и то и другое *. Евагрий ясно указывает на господствовавшую здесь сво­ боду12, под которой тем не менее понимался отнюдь не произвол. Вообще в среде отшель­ ников мы видим здоровый реализм по поводу статуса и относительной ценности монаше­ ской жизни: Кроткий мирянин лучше в с п ы л ь ч и в о г о и гн е в л и в о г о м о н а х а 3. А в обращении к монахине и диаконисе Севере, знатной римлянке по происхожде­ нию, говорится: 1 1 К о р 6, 13. 2 См.: И зо б р а ж е н и е м о н аш е ск о й ж и зн и . 10 (Д о б р о т о л ю б и е . Т. 1. С . 597). 3 К м он ахам . 3 4 (Т в о р е н и я ... С . 131). — К у р си в сх и а р х . Г. (Б .) 163