Объядение, лакомство, чревоугодие: Учение отцов-пустынников о еде и посте

классическим сюжетом агиографии вплоть до Нового времени и даже позднее; при­ меры его многочисленны, Франциск Ассиз­ ский1— только наиболее известный на Западе случай. Данный сюжет, как известно, встреча­ ется и в других мировых религиях. И это не удивительно, ведь следы Истины, своего рода точки приближения к ней, встречаются повсеместно, без чего провозвестие Еванге­ лия в различных мировых культурах было бы невозможным. Это те самые «семена Божест­ венного Логоса» (1о%о1 зрегтаИког), о которых говорят святые отцы. Почему же дикие звери становились крот­ кими и уже не чувствовали обычного страха, когда встречали святого? Должно быть, при­ чиной была особая настроенность этих людей, глубокий внутренний мир, царив­ ший у них в душе. И вместо того чтобы бежать от человека, они тянутся к нему, ищут у него защиты, как та гиена, которая прине­ сла к келье преподобного Макария Александ­ рийского своего слепого детеныша2. Живот­ ные видят в этих людях друзей и защитников, 1 Ф р а н ц и с к А сси зск и й (1 1 8 2 -1 2 2 6 ) — и т а л ь я н с к и й м о н ах -п о д в и ж ­ н и к, о сн о вате л ь о р д ен а н и щ ен ств у ю щ и х м о н ах о в (Огс1еп Р г а т н п М т о г и т — « м и н о р и т ы » , « м е н ь ш и е б р а т ь я » ), и зв е с тн о го так ж е к а к о р д ен ф р а н ц и с к а н ц е в . — П р и м еч . пер. 2 А авса и к . 19. О М а к а р и и А л ек сан д р и й с к о м . 180