Тоска, уныние, депрессия

сердца он ставил превыше всех добродетелей, ведь ее стяжали не только Моисей и Давид, но и Сам Христос. П о его мнению, только она от­ крывает путь к истинному познанию Бога1. За свои умозрительные сочинения Евагрий был удостоен прозвища «философ в пустыне»2, которое мы встречаем уже у церковного истори­ ка Сократа3. Это совершенно справедливо, если брать слово «философ» в том значении, какое оно имело в христианской древности. На фоне господствующей языческой философии христи­ анство выступает как подлинное «любомудрие», в котором речь идет о любви не к мудрости века сего, а к Премудрости Божьей. В этом свете сло­ во «философия» выражает идею совершенного единства подлинно христианского жития и бого- познания. Так, сам Евагрий говорил о Григории Богослове как о своем «педагоге» в области «выс­ шей Философии»4. Таким образом, было бы неправильно счи­ тать Евагрия философом в современном значе­ нии слова, поскольку нет оснований полагать, 1 Ср.: Чис 12,3; Пс 131,1; Мф 11,29. Epistula 56. 2 Именно так озаглавлено посвященное ему исследование A. Guil- laumont. Un philosophe au d6sert: fivagre le Pontique //Revue de l’ Histoire des Religions. 1972. № 181. P. 29-5 6. 3 Socrates Scholasticus Historia ecclesiastica IV, 23 (PG 67, 516 A): «Учеником их (двух Макариев) был Евагрий, и Евагрий, считавшись прежде философом на словах, стяжал философию на самом деле». (Цит. по кн.: Церковная история Сократа Схоластика. СПб.: 'Тип. Фишера, 1850. С. 261 .) * Epistula 63,2 ss. 21