Скудельные сосуды: Практика личной молитвы по учению святых отцов

и придает ей «смысл». Но оба эти аспекта не отделимы друг от друга! Это тот же самый Иаков, работавший первые семь лет ради нелюбимой «Лии», символизирующей тяжесть «практического» труда, а затем еще семь лет за столь желанную им «Рахиль», символизирующую созерцание (90). Таким образом, если «теоретический способ» молитвы заключается в созерцании (или познании) Бога в Трех Лицах и Его творения, иными словами «Шео1о§1кё» и «рку81кё», то что понимать под «практическим способом»? Это часть того, что Евагрий называл «деланием» («ргаШкё») и определял следующим образом: «Делание есть духовный метод, очищающий страстную часть души» (91). Таков «духовный метод», состоящий преимущественно в «соблюдении заповедей» (92), чему содействует все то, что в широком смысле мы подразумеваем под понятием «аскезы». Цель аскезы — вернуть душе с помощью Божией ее естественное «здоровье» (93), которое есть «араШе1а», что значит свобода от «болезней» (или «страстей» —ра(ке), которые это здоровье разрушают. Без этого бесстрастия, приобретаемого постепенно (94), духовная жизнь, а значит и молитва, вырождается в самообман, еще более удаляющий человека от Бога. Как страждущему болезнью глаз не принесет пользы напряженное смотрение на палящее солнце в самый полдень, когда взгляд не прикрывается ничем, так и уму страстному и нечистому совсем не принесет пользы мысленное представление о внушающей трепет и сверхъестественной молитве в духе и истине. Наоборот, /подобная дерзость/навлечет на ум негодование Божества (95). Человек, «смятенный» и «ослепленный» собственными страстями (96), в силу самих «падений» своих подвергается опасности стать «главой ложных учений и мнений» (97), тем самым обманывая не только себя самого, но и сбивая с толку других. 34