Тоска, уныние, депрессия

употребления дарованной им свободы. Это справедливо и в отношении любого грешни­ ка: зло есть отчужденность от сотворенного мира, который по самой своей природе являет­ ся добрым. Таким образом, зло по отношению к этому миру, изначально сотворенному доб­ рым, есть не что иное, как паразит, нечто чуж­ дое, инородное. В заключение Евагрий прихо­ дит к полемическому утверждению, что зло не только вторично, но и ограничено во времени: «Были времена, когда зла не было, и настанут времена, когда его больше не будет; но никогда не было такого времени, когда бы не существо­ вала добродетель, и никогда не наступят такие времена, когда она уже не будет существовать. В действительности семена добродетели неис­ требимы»1. Вечно лишь то, что отвечает изна­ чальному замыслу Творца. Как быть с тем, что человек чаще всего склонен воспринимать зло как некую нейт­ ральную безличную силу, тогда как лукавый представляет собой личностную сущность? Вообще говоря, за пределами мира людей зло обыкновенно рассматривается как аноним­ ная «сила», «власть» и т.п. постольку, посколь­ ку оно отнимает силы творения. В мире людей зло существует лишь как своего рода пара­ зит — вот почему, говоря о нем, Евагрий по­ очередно употребляет слова «помысел» (как 1 Kephalaia Gnostika 1,40. 38